Море – тяжелое от земли, бурое под крутыми зеленоватыми гребнями. Не отражающее синевы, но пока искрящееся на солнце. Рокот голоса его изменился, треснул, лопнул, надорвался, волны стали глубже. Море приносит бордовый налёт на прибрежные пески и прожорливо съедает следы там, где раньше позволяло им оставаться на солнце: пройдешь – и за спиной уже нет никакого свидетельства что здесь кто-то был кроме моря или кто-то когда-либо будет. Где-то у горизонта люди, вцепившись обоими руками в воздушных змеев, прыгают по волнам, среди солнца, среди искр, но здесь лишь рокот, и красноватый безразличный песок, и редкие прохожие, что сидят у каймы дороги и не подходят ближе.